Есть ли в «Викинге» что-то полезное для школьников?

Моя статья по использованию фильма «Викинг» на уроке истории

Оригинал статьи

Чуть больше чем за неделю проката фильм «Викинг» собрал более миллиарда рублей и побил почти кассовые рекорды. Все это время фильм не только смотрели, но и обсуждали: спорили о лженаучности картины, о том, может ли версия «12+» помочь школьникам лучше погрузиться в отечественную историю России и есть ли вообще эта история в «Викинге». Кинокритик и историк специально для «Мела» оценили противоречивый фильм с разных сторон.

Дмитрий Карпюк, кинокритик

Масштабный и амбициозный «Викинг» впечатляет в первую очередь своей оголтелостью и жестокостью: буквально за первые 20 минут многие герои примут красочную смерть, одному отрубят руку, а князь Владимир (Данила Козловский), испив псилоцибинового отвара викингов, изнасилует свою будущую жену Рогнеду (замечательная Александра Бортич) на глазах у её родителей.

К батальным сценам не придерёшься: в России ещё не было ни одного фильма, способного встать в один ряд с «Храбрым сердцем» и «Конаном-варваром» по натуралистичности сечи. И пусть с исторической точностью сюжета разбираются специалисты. Тут мне сразу вспоминается знакомый, который перестал смотреть одну картину, когда вдруг разглядел, что у римских всадников ноги вдеты в стремена. Думаю, неискушённому зрителю два с лишним часа «Викинга» скучать не придётся.

Зато у людей с тонкой душевной организацией кровожадность картины может вызвать возмущение. Видимо, специально для них в финале Владимир исповедуется во всех грехах священнику, и вот тут уже никуда не денешься от вопросов о достоверности — не исторической, а драматургической, банальной концепции «верю — не верю». Всю картину не самый обаятельный герой вроде бы убивает и насилует, но всегда в этом виноваты то мухоморное варево берсерков, то происки его правой руки, коварного палача Свенельда (неожиданная роль Максима Суханова). Так что именно и когда разбудило в главном герое голос совести? Неужели вдова убиенного им брата, княгиня Ирина (Светлана Ходченкова)? Или смерть условного «первого христианина» (неузнаваемый Владимир Епифанцев) и его сына от рук карикатурных язычников? Каким образом свирепая молодецкая удаль киевского князя так быстро отлилась в покаяние? Видимо, все его моральные переживания остались за кадром. Привидевшиеся же Владимиру утопические картины крещения чистых и пригожих русичей и вовсе выглядят продолжением грибного трипа, хотя здесь, во всяком случае, есть оправдание — мол, это же всего лишь сон.

Оставив в стороне эти досадные нескладности, некоторую сюжетную топорность и обязательный патриотический пафос («Кто к нам с мечом придёт…»), можно смело рекомендовать «Викинга» как приключенческий экшн для лиц от 18 лет с крепкими нервами и желудками.


Александр Гулин, учитель истории и обществознания ГБОУ Гимназия 1576

Как учитель истории я хочу рассмотреть возможности использования фильма «Викинг» с точки зрения методики. Изучать историю России школьники начинают в 6 классе, где-то с середины ноября, сразу после завершения изучения Средних веков. Поэтому большинство шестиклассников к моменту начала знакомства с историей уже соответствуют возрастному цензу 12+.

Можно ли сформировать определённое представление о князе Владимире только на основании фильма? Конечно, нет, потому что навык анализа исторического источника (например, «Повести временных лет») ещё не сформирован, да и отсылы к источникам в фильме очень условны (чего, кстати, создатели картины и не скрывали). Поэтому искать в фильме контрольные элементы содержания из историко-культурного стандарта бесполезно.

Зато «Викинг» подходит для повторения материала учителем и для использования приёма «найди ошибку»

Тут открывается целое поле для дискуссий и соревнований среди учеников.

Эпиграф к фильму о крещении Руси авторства Мао Цзэдуна напомнит учителю о современном постмодернистском мире. Дети вряд ли обратят на него внимание, а вот с названием картины можно интересно поиграть.

Само название «Викинг» на Руси не употреблялось. Викингов называли «Росоманами» или более знакомым термином «Варяги». В этом вся суть фильма. Это как с американскими комиксами, когда создаётся параллельная вселенная (например, Marvel), где есть скандинавский бог Локи, который выполняет нужные авторам комиксов функции. Можно организовать интересную дискуссию об этимологии терминов «Варяги», «Русь» и так далее.

Ещё одна полезная неточность — сцена с охотой в начале фильма. Дикого быка (а может, и бизона) убивают с помощью арбалета! Дети могут либо провести параллели с историей Средних веков, где арбалеты появились на два-три века позже, либо провести микроисследование об использовании оружия в те времена. Аналогичный вопрос вызывает поиск водопроводной трубы при осаде Корсуни. Тут дети могут вспомнить из курса 5 класса способы возведения римских акведуков, какие материалы использовались при строительстве и плавно подойти к выводу, что никакой «чугунной» трубы там быть не могло в принципе.

На таких неточностях можно выстроить интересное внеурочное мероприятие. Но никаких 45 минут урока не хватит на анализ всех огрехов в фильме. И я плохо себе могу сейчас представить ситуацию, когда учитель пожертвует ради этого парой уроков. «Викинг», безусловно, способствует живому интересу к истории Руси, но ориентироваться только на него при прохождении материала никак нельзя.

Программа «Школа современного урока» №10

Вышла долгожданная передача Московского образовательного интернет-телеканала. «Школа Современного урока», в основе программы видеозапись моего урока, посвященного 75-летней годовщине начала Битвы под Москвой.

Подробности по ссылке. 

Всероссийский конкурс i-учитель

В этом году достаточно много времени потратил на помощь в организации всероссийского конкурса i-учитель. получилось необычно, надеюсь через несколько лет этот конкурс станет такой же хорошей традицией как и другие известные педагогические конкурсы.



Клуб Экспертов образования «Что может дать школе цифровая революция»

ЧТО МОЖЕТ ДАТЬ ШКОЛЕ ЦИФРОВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ?

16 ноября 2016 в Москве состоялось очередное заседание дискуссионного клуба экспертов образования «Умная школа» на тему «Что может дать школе цифровая революция?».

 

 

 

 

Участники встречи – специалисты по дистанционному и смешанному обучению, разработчики EdTech решений для образования, директора ведущих школ – собрались обсудить, что уникального приносят в образование информационные технологии, как меняется учитель в школе информационной эпохи и помогает ли «цифровое равенство» преодолеть разрыв образовательных возможностей.

 

О чём говорили и спорили участники дискусии, вы можете узнать из видео:

 

 

 

 

Во встрече участвовали: Евгений Смирнов, основатель просветительского медиа-проекта newtonew.com; Наталья Андреева, руководитель Центра смешанного обучения МГППУ; Татьяна Беглова, заместитель директора Центра психологического сопровождения образования «Точка ПСИ»; Марина Битянова, директор Центра психологического сопровождения образования «Точка ПСИ»; Александр Гулин, учитель гимназии N1576; Екатерина Зотова, операционный директор Учи.ру; Иван Коломоец, генеральный директор и сооснователь Учи.ру; Андрей Комисcаров, руководитель НПО «Игровое образование»; Юрий Куприянов, ИТ-директор образовательного направления в «Рыбаков Фонд», Михаил Кушнир, cоветник Лиги образования, тренер APD Russia, Наталия Любомирская, научный руководитель Лицея НИУ ВШЭ; Лариса Максимова, начальник Пансиона воспитанниц Министерства обороны РФ; Михаил Мокринский, директор Школы Летово; Михаил Мягков, руководитель компании «Мaximum»; Роман Симуков,  заместитель директора Китежской средней общеобразовательной школы; Александр Степанов, Antiteacher, учитель информатики и робототехники Школы N 1293; Александра Теплицкая, психолог-методист Центра психологического сопровождения образования «Точка ПСИ»; Борис Ярмахов, директор консалтингового агентства «Айтичер».

Конференция «Поколение NEXT 2016»



3 ноября 2016 года в Экспоцентре на Красной Пресне модерировал секцию учителей на конференции «Поколение NEXT». Как всегда, получил большое удовольствие работая вместе с проектным офисом «Школа Новых Технологий».

вот итоговый ролик, на котором Игорь Степанович Марчак рассказывает о конференции.

Интервью для «Рыбаков Фонда»

оригинал на сайте. 

Как сегодня преподавать историю, какое место занимает предмет в школьном учебном курсе, почему интернет и образование обречены на плодотворное сотрудничество и как научить понимать, а не знать – об этом Александр Сергеевич Гулин, учитель истории и обществознания, ведущий специалист по смешанному обучению.

Профессия учителя претерпела много изменений. Наблюдатель, лектор, воспитатель, контролер, наконец, человек, который учит не только отвечать на вопрос «что?», но и «почему?». Какова роль учителя сегодня?

Про изменение парадигмы образования сейчас не говорит только ленивый. Еще 30 лет назад учитель, как правило, был единственным источником знания для детей. Сейчас любое слово учителя проверяется фразой «Окей, Google!» Естественно, меняется и роль учителя. Он уже больше направляющий, а не проверяющий. Современный учитель должен выходить за рамки своего предмета, ведь окружающая нас жизнь не делится «по урокам». Задача учителя – не столько научить каким-то конкретным знаниям, сколько создать возможность для ребенка развиваться по своему собственному маршруту, а для этого как раз и нужен учитель-предметник.


Границы истинности. Понятно, что в рамках школьной программы нельзя осветить все мнения на ту или иную историческую проблему в полном ее охвате. Или я ошибаюсь и это возможно, просто в определенных пределах?

Дети очень хорошо чувствуют ложь. Если учитель внутренне не разделяет точку зрения на проблему, то дети не будут его слушать. Правда, тут существует другая опасность, когда учитель с пеной у рта отстаивает свои собственные убеждения в ущерб ученикам. Я стараюсь давать противоположные точки зрения на проблему, чтобы дети учились критическому анализу исторического источника, а уже если кому-то будет интересно мое личное мнение, выскажу его либо в конце, либо после уроков. Такие противоречия очень удобно использовать для мотивации, оставляя проблему на внеурочную деятельность – проектно-исследовательскую работу или, например, дискуссионный клуб.gulin-2

Каковы основные задачи истории как науки и как учебной дисциплины?

Это самый сложный вопрос, а мне не хотелось бы отвечать на него методическими клише… Задача истории как науки – накопление максимально объективных исторических данных, анализ и систематизация этой информации. А вот у учебной дисциплины совершенно иные задачи: формирование навыка критического анализа источников, выстраивание единичных исторических событий в единую систему, направленную на формирование менталитета или культурного кода граждан России.

Существует три новые линейки учебников по истории. Как учитель что вы думаете и об учебниках, и о самой необходимости на государственном уровне принимать определенную концепцию?

СМИ растиражировали миф о едином учебнике по истории, хотя любой близкий к образованию человек знает, что это не так. Профессиональным сообществом был принят историко-культурный стандарт (ИКС), куда вошли определенные вехи отечественной истории, которые необходимо было отразить на государственном уровне. Обсуждение было максимально публичное, в том числе и с использованием интернет-комментариев. Спорные моменты освещаются с разных сторон, оставляя за учителем и учеником право выбора, какую сторону в том или ином вопросе принять. В ИКС был осуществлен возврат к линейной системе преподавания истории, который был в нашей стране до начала 1990-х. Издательства взвешенно подошли к подготовке новых учебников по истории. На данный момент в федеральный перечень учебников включены учебно-методические комплекты трех издательств: «Просвещение», «Дрофа-Вентана Граф» и «Русское слово». Должно пройти еще три-четыре года, чтобы переход на линейную систему состоялся: это не мгновенный процесс. И, кстати, в этом вопросе педалирования или ускорения на местах не наблюдается. Каждый субъект и школа самостоятельно принимают решение, когда и как переходить на новые учебники. Существенным плюсом данного подхода стало создание электронных форм учебников от издательств. Современный ребенок теперь может существенно облегчить вес своего портфеля,  так что изменения я воспринимаю положительно.

Новые формы и методы проведения урока. Когда-то бывшие новаторскими круглые столы, дискуссии, суды над историческими личностями сейчас уже таковыми не кажутся. Что приходит или должно прийти им на смену?

Главным тормозом новых форм является существование классно-урочной системы, с которой нам все равно придется жить еще лет 10 минимум. В своей работе я использую элементы игровых форм, квест-уроки, где команда должна выполнить несколько заданий, через которые можно достичь определенных педагогических задач. Например, при изучении блокады Ленинграда я предлагаю детям выйти к доске и отрезать положенные иждивенцу 125 граммов хлеба, после чего произвожу взвешивание с помощью весов из кабинета физики. Такой опыт намного лучше запомнится, чем запись этой информации на доске или в тетради. При изучении Первой мировой войны дети пытаются расшифровать место газовой атаки с помощью азбуки Морзе, рассчитать дальность артиллерийского обстрела и скорость распространения горчичного газа. В этих примерах помимо истории задействованы элементы других предметов – языка, геометрии, географии, химии, физики. Именно таким и должно стать обучение в будущем – надпредметное, межпредметное, метапредметное.

gulin-1E-learning. Образование и интернет – продуктивный «бутерброд». Как сделать, чтобы он не падал маслом вниз?

50 лет назад было даже постановление министерства о запрете шариковых ручек, методически обосновывалось использование только перьевой ручки. Мы не будем повторять те же ошибки и просто примем e-learning за данность и требование времени.  Учителя в России, и не только, кстати, самая консервативная группа в обществе. На нас лежит очень большая ответственность: если новый гаджет можно переделать, то с детьми у нас есть только один шанс, который нельзя потерять. На пять-десять лет комбинирование традиционных методов и ИКТ можно «помирить» с помощью смешанного обучения, когда часть тем изучается с помощью интернет-технологий. Конечно, ошибок тут избежать не получится, но не ошибается только тот, кто ничего не делает. Учителя должны понять сами, что информационные возможности интернета никогда не заменят их у доски, но помогут сэкономить время детям и повысят их успешность (кстати, здесь я совсем не говорю про ЕГЭ).

Что для вас является приоритетом в историческом образовании? До сих пор история воспринимается как даты, даты и еще раз даты… Но ведь суть совсем не в этом?

Повторю сказанное выше: история – это не даты, это единая система представлений человека о прошлом, умение критически анализировать любую информацию, получаемую из внешних источников. Приоритетом будет изучение микроистории или истории повседневности. Для современных детей Великая Отечественная война является чем-то вроде Отечественной войны 1812 года: было давно, да и никто уже ничего не помнит. А теперь представьте, как эмоционально изменится отношение подростка, когда, изучая историю своей семьи, он узнает, что его прадедушка получил несколько медалей и орденов и совершил героический подвиг. Кстати, ошеломляющий успех «Бессмертного полка» подтверждает мое предположение.

Что посоветуете молодым коллегам, учителям?

На протяжении долгого времени я занимался поддержкой молодых педагогов, был председателем совета молодых педагогов Южного административного округа, поэтому проблему знаю изнутри.

  1. Еще до окончания вуза устроиться в школу. Я пришел работать в школу в 20 лет, вел кружок и вникал во все сложности образовательного процесса.

  2. Не бояться выходить за рамки методичек, учебников и ориентироваться на интересы детей.

  3. Ни в коем случае не уходить из школы в первый год работы. Можно разочароваться в профессии через три-пять лет, а чтобы понять, что это не ваше, – смотри пункт (1)

  4. Поддерживать горизонтальные связи с другими молодыми учителями (группы в социальных сетях, различные предметные ассоциации и т. д.).

  5. Помнить, что существует колоссальная демографическая яма: очень много учителей после 45 лет и только 20–25% до 30 лет. Через пять-десять лет образование столкнется с кризисом управленцев, из которого вывести систему на новый уровень помогут ваши молодые идеи.

Спасибо за интересную беседу!